# ТРАНСКРИПТ: Парфёнов - Намедни / НМДНИ
# Новый выпуск #НМДНИ-2025 и новые тартарары | Интервью Леонида Парфёнова на Breakfast Show
# video: https://www.youtube.com/watch?v=poEEaEyT3JU | ~46.3 мин | субтитры: auto (poEEaEyT3JU.ru-orig.vtt)
# скачано yt-dlp, 2026-06-28. Это сырой транскрипт субтитров (возможны огрехи распознавания).
Вчера вышел новый выпуск на медне от
Леонида Парфёнова.
>> Привет, я Леонид Парфёнов. Это
намедниние события, люди, явления,
определившие образ жизни. Очередной год,
очередная серия. Сегодня год 2025.
Ожидаем менее 1% экономического роста.
>> Думаете, что можно высказываться против
войны?
>> Можно.
>> Теперь есть один Макс.
>> Ловит даже на полоком.
>> Нашли тот самый чебурек.
>> Вопрос. Это то, чего мы хотели?
>> Я накануне поговорил с ним. Это первое
появление, кстати, Леонида Парфёнова в
The Breakfast Show вообще за всю его
историю.
>> А, Леонид, как вам год 2025?
Знаете, как в таких случаях классики
отвечали. Для того, чтобы ответить на
этот вопрос, я должен заново написать
Анну Каренину.
Вот короче, чем 350 3 часа 57 минут я не
могу ответить на этот вопрос.
>> А,
>> то есть я уже ответил на него. Вот
представить конспект. Можно посмотреть
Шпигель. Он там минут на пять, наверное,
да. Сери вы предвосхитили, на самом
деле, мой вопрос. Конечно, легче всего
было показать шпигель, да и всё. Вот. Но
мы собрались поговорить, и я скажу так,
а какие, э, из там топ-три, условно
говоря, события 2025 года были интересны
Леониду Парфёно в работе над намедне
2025?
>> Ну, не то чтобы интересные, я не
отношусь к этому как увлекательные, там
весёлые картинки, они интересны. Ну,
понятно, ну, первое, что на скидку
приходит, конечно, это год Трампа. Он
никому не давал заскучать в этом мире во
всех смыслах этого понятия. Ну, масса
каких-то вещей. То, что, конечно, в
России - это первый год несвободного
интернета. То есть вот интернет везде и
всегда, я уже вынужден опять цитировать
себя же, то есть к чему привыкли. Вот к
этому состоянию 24x7
мобильный интернет. Он в самой большой
стране мира перестал существовать. Это
ведь тоже была большая проблема именно в
самой большой стране мира покрыть всю
эту территорию. Да, я помню, когда в
родной деревне Улама, когда и леса
мегафоном стали покрыты, это казалось
избыточностью.
Лиса-то зачем? С мобильной связью. Что
там? Я брату звонил и говорю: "Сейчас
вот, слышишь, скрипит мох, лезут белые,
видишь? Потому что мы над этим как бы
издели". А потом стало ясно, что без
этого нельзя. Ну, потому что там машина
застряла где-то там в лесу. Как раньше
справлялись с застрявшими шинами, теперь
уже и представить невозможно даже в
деревне. Ну и третье - это на вскидку.
Никогда невозможно к таким вещам
подготовиться. Знаете, над этим надо
посидеть. Если там было 33 феномена и 4
месяца заняла работа над серией, то вот
импровизацией выхватывать изюм этой
булки, да, это совершенно не
неблагодарное. Но я бы всё-таки назвал,
что это стремление,
скажем так, мирной России найти острова
нормальности. Не то, чтобы прямо
спрятаться, ну, хоть в какой-то момент
из чувства самосохранения, да, упиваться
шестой молодостью Надежды Никитишны
Кадышевой, потому что это незлобивый
патриотизм, потому что это Россия не
всему миру на зло. И вот в этих
кокошниках утрированных вышагивает и
всё. И это не стыдно, и это прикольно. А
такого фермента в жизни не хватает.
Требуется, да. И там певец года Ваня
Дмитриенко, который
явно творит и выступает так, как будто
двадцать второго года не было. Он как
будто из того времени депозитом достался
таким. Полежал, полежал и хоп выскочил.
Да благо, ему 20 лет и это там свежачок.
Ну и так далее. А с другой стороны, это,
конечно, тоже индикатор, э, не просто
то, что на окон
вышло на Невский, а то, какая толпнь
вокруг этого рандомно собиралась и вся
пела наизусть.
А когда по недосмотру
диск Нойза не все дома оказался в на
русских скачиваниях, то взлетел на
первое место.
Вот. Ну, это какие-то разные такие вещи,
опять-таки.
Важна полнота мозаики. Невозможно. Вот
оно топ.
В подробностях
ценности черт эпохи порой бывают даже
более показательными, а топовым события
вроде бы не назовёшь. Я не люблю вот это
ранжирование, честно говоря. Мне-то
всегда кажется, как важно, чтобы в этом
методе восстановления мозаики всё автору
было дорого,
как это когда-то было в двух гусарах у
Льва Толстого во времена, когда не было
ни шоссейных, ни железных дорог, ни
газового, ни электрического цвета, ни
низких пружинных диванов, ни мебели без
лаку, ни разочарованных юношей со
стёклышками, ни либеральных философов
женщин. Вот всё, чтобы суфражистки
ээ и низкие пружинные диваны были через
запятую и равно дороги автору как
примета времени Великого возрождения в
России в 1856 году, как там, ну, великое
время возрождения русского народа. Лишь
дважды в XIX веке мы были так счастливы.
В 1812, когда мы отшлёпали Наполеона I и
в 1856,
когда нас отшлёпал Наполеон I. Это из
другого. Это из декабристов. А,
>> ну метод тот же, метод тот же вот этой
мозаики.
>> Да, я как раз про вот эту нормализацию
хотел немного поговорить, но не
чуть-чуть с другого ракурса. А мне
показалось, возможно, лишь показалось,
что по сравнению с предыдущими военными
выпусками на Медне, описание
нынешней фазы украинской войны, оно как
будто бы стало чуть более отстранённым.
Нуно вот, знаете, как будто бы это
описывает
журнали, не знаю, журналист из Аргентины
в некоторых, ну просто воюют две страны.
Почему они начали когда-то? Это э уже
какой-то давний, э давний момент, давняя
история. У них там что-то происходит
между собой, а почему, в общем, не очень
понятно и так далее. Так я воспринял, э
вот этот фрагмент. Есть ли такое
ощущение? И такое ощущение, что ну это
то просто становится фоном и вы таким
образом это отражаете?
>> Нет, мне так не кажется. Хотя, конечно,
неужели нынешнему зрителю, который
сознательно придёт на закрытый в Россию
YouTube смотреть намедни, нужно
рассказывать, с чего всё началось и
вообще какое милое у нас тысячелетие на
дворе.
Это всё-таки четвёртая серия про войну и
рассказывать. Хотя там, кстати, есть, у
нас же всегда бывают разные флешпэки на
начало, и в том числе эта цитата
Зеленского, когда он говорит на
украинском, на конференции мюнхенской
двадцать второго года, что Запад не
хочет воевать, Россия говорит, что не
хочет нападать, Украина не хочет войны,
а Америка не хочет войны. Так кто из нас
врёт там что-то? кто из нас бреше или
что там так такое
>> мне не кажется, что, скажем, объяснение
всей этой истории с Купянском, вся это
декабрьская компания вокруг Купянска со
звездой героя этому генерал-полковнику и
и прочее, прочее, ну уж это такое
отстранение,
да и вся история, связанная с несвободой
интернета, она вся производная из войны.
Это же понятно, что всё это под девизом:
"Ну-ка, разговорчики в строю".
и
экономика. Я не знаю, досмотрели ли вы
до этого, ну вот все эти повышения
налогов, сборов там, включая утиль
сборны автомобилей и так далее, это же
никто не скрывает. И это же открытые
части бюджета, что там что-то 47 что ли
процентов на
армию силовиков
и прочее.
Да нет, мне не кажется. Просто поскольку
о базовых вещах все давно договорились и
всем всё понятно, то каждый раз ломиться
в открытую дверь и рассказывать
про то, как чего случилось 24 февраля
двадцать второго. Мы давно в этом в этом
живём, эта данность. Ну, мне казалось,
что сейчас имеет значение и по-прежнему
и на пятый год войны имеет значение даже
то, какое ударение ты ставишь в названии
города, например. Ну, мы специально для
этого и давали из из разных российских
каналов и из мм там
всевозможных блогеров, типа Рыбаря там и
прочее, прочее, как этот вот Купск и
Купянск и
и обязательно всё время говорим про
Зержинск
и там, ну, в общем, и так далее. В
общем, всё то, что начиналось ещё с
Бахмутартмовска,
м, и временами даже ударяемого Бахмут и
и прочее. Так что нет, это, конечно, всё
есть, но, понимаете, я не могу
ээ тоже так же делать, как в 20 серию
двадцать второго года или двадцать
третьего, но это то, что называется
баян, ну, это уже было. Давай вот
новизну. Понятно, что в войне на её
четвёртый год новизны всё меньше и
меньше, даже на уровне феноменологии.
Хотя, конечно, там операция паутина и
вообще всё вот эта вот война дронов
вообще, которая так обезличила войну,
да, с одной стороны, а с другой стороны
хитроумность, остающаяся где-то за
кулисами войны, гораздо важнее. То есть
чего-то придуманное в каких-то там
оперштабах, мм, оно вдруг, ээ, таким
внезапным
событиям, сюрпризом там, как не назови,
возникает, это совершенно меняет
характер. Где те люди? Кто это
придумывает, как это изощрённо
сочинено?
Вот. Ээ это тоже есть. Так что, ну не
знаю, потом, понимаете, вы смотрите так,
я смотрю всяк, это это нормально, на то
и публичный продукт.
Мне тут как-то странно оправдываться, да
и не скажу, чтобы вы в чём-то меня
обвиняли. Вот это нормально, тем более,
что я от этого не отошёл. Вы понимаете,
сколько раз я это всё пересмотрел. Вот и
сейчас судить о том, что я там
сторонний, какой я там сторонний, я
поуши. Я я вот по побриться надо. Вот
какой я там сторонний-то, я зарасти там
успел,
>> да? Ну, знаете, я бы на в нынешней
ситуации вообще ничему не удивляюсь. И
настолько разнообразие точек зрения на
одно и то же сказанное, казалось бы,
нейтральное слово, что тут давайте
посмотрим на другое. Если мы мм не можем
найти новую феноменологию, да, в аэ
войне или её сложно найти, то, может
быть, уже благодаря тому, что война идёт
так долго, можно посмотреть немножко как
на исторический процесс и чуть дальше
чуть дальше в прошлое. Война.
>> Ну нет, он он не завершился для
исторического процесса. Он не
завершился, понимаете?
Вот вот иранская война. Мы записывали,
снимали это ведение в Добилисии 2
февраля. И вот тогда иранская война -
это были те 12 дней, которые на которыю
которым казалось поставлена точка.
>> Угу.
>> Вот. Более того, все участвовавшие
стороны всячески давали понять, что
точка поставлена, поскольку, ну, там же
всё разбомблено в этих глубоких пещерах
и так далее. Нет, мне не кажется, что
что этой феноменологии мало. Она просто
другая. Она не такая прямая.
>> Меньше, кажется, таких информационных
хэштегов, меньше каких-то новых слов,
новых понятий, которые выбрасываются, но
в целом влияние войны на жизнь. Ну, то,
что я говорил там на примере интернета
или там распространение разговоров о
важном и на детские садики тоже или там,
ну, и так далее, и так далее. Да, оно
наоборот только глубже и шире, и
разнообразнее, и более всеподчиняющее
такое, да, но всё сферы, даже не
связанные с войной, так или иначе она
подминает под себя,
но
>> так или иначе, так или иначе их меняет
под под себя, да. Но о начале войны,
условно говоря, о её причина,
первопричинах, как некоторые выражают,
мне кажется, мы вполне можем говорить.
Вот с вашей точки зрения, с точки зрения
историка, если хотите, да, война России
в Украине была ли неизбежной вещью?
>> Нет, конечно. Нет, конечно.
>> Нет, конечно. И тут личностный фактор
огромный. И это никто не может, это даже
смешно скрывать. Никто это и не
скрывает. Все эти статьи Путина, прочее,
это за этим всём всем бьётся горячее
конкретное желание конкретного человека.
Вот это очень доктринёрская война,
оченьочень придуманная,
исходя из каких-то там конструктов.
И в четырнадцатом году вмешательство
было исходящее из этих конструктов. И
все эти рассказы про Хрущёв отдал Крым,
понимаете? И ещё кажется же, да, что от
чистоты повторения это как будто бы
становится истиной. Вся эта пурга про
Киевскую Русь, про какую-то логику
раннего средневековья, которую нужно
теперь исходить. Все эти прибегания
Зорькина с картой: "Ой, смотрите, на ней
нет Украины". Так на ней Петербурга
нету.
на этой карте от какого времени считать
исконность-то? Вот кто кто сказал, что
вот сюда, понимаете, это каждый раз
вопрос конкретного выбора. Это всё муки
до сих пор распадающегося
Советского Союза. Но разруха в головах
прежде всего, ну, это тоже очевидно.
Ну просто это сейчас
это никому не нужный сейчас разговор,
да? Вот тогда, когда, что называется,
дыма рассеется, тогда заново нужно будет
описать, потому что итог, что будет
считаться миром после этой войны и что
будет выдаваться за победу
разными сторонами в этой войне, это тоже
будет иметь отношение к тому, с чего
начиналась вся эта, как там,
первопричины, да? Потому что теперь
будут показывать, что якобы развязаны
первопричины, достигли цели и и опять
проговорятся и опять этот вот конструкт
какого-то придуманной справедливости
наших земель своих, которые там ждут
очевидного освобождения, чтобы бросать,
наконец, цветы на на танки, входящие в
города. Вот
это это тоже будет частью
этого комплекса истории. Что же это
такое было? А пока это с нами.
>> Ну разве разве этот конструкт не нашёл
отклик в российском населении?
>> Ну и что? Ну и что? От того, что он
нашёл отклик российского населения, он
от этого перестаёт быть конструктом. Это
что за легитимизация? Что за оправдание?
Знаете, как человека заставшего
единства партии народа.
Ээ вот меня тут ничем не удивить.
У нас в Гимне было сплотила навеки
Великая Русь,
Союз нерушимых республик свободных. Вот
там Таджикистану и от Таджикистана до
Эстонии. Расскажите теперь. Они ж тоже
там чего референдум-то дал девяносто
первого года.
Ну, каких-то там 116%, да, за сохранение
Советского Союза было.
Вот, пожалуйста, конструкт владел
массами. Будь здоров.
>> Опять же вопрос как к историку. Он, мне
кажется, сопутст.
>> Да не историк я вовсе. Я так
журналистика. Журналистика в твёрдом
переплёте максимум.
>> Хорошо. А как, как думаете, а вот вы
описывали Россию в самые разные периоды,
а и безнадёжна ли она в смысле
построения демократии, в смысле отказа
от имперских амбиций?
>> Да нет, почему?
Что за проклятие за такое? Какие ещё
были империи? Покруче империй ещё
продолжают быть какие-то империи,
которые никак не избавятся.
Вон Америка какая империя.
Вот.
Ну в
а что касается вот этой
несвойственности и природного отторжения
всякого там либерализма и чего-то, ну
тогда Северная Корея должна быть похожа
на южную и наоборот.
Этнически-то они одни. Я уж не говорю о
ГДР и ФРГ, где, кстати, рассказывали про
единство партии народа и ещё пуще, чем
даже в Советском Союзе. Я в восемьдесят
первом году, когда в ГДР приехал, я был
поражён. Эрик Хонакер в в столовой
висел. Вот ешь и на тебя смотрит Эрик
Хонекер. Брежних Брежних не висел на в
фетефака.
>> Я много раз слышал о том, что восточные
немцы до сих пор отличаются от западных
и там трудности с интеграцией, всё
такое. Также с с южными и северными
корейцами, что два народа разошлись.
Сте, отличается и Гамбург от Мюнхена?
Ну, конечно, столько времени были в
другой стране. Ну, конечно, но, ну, всё
равно, ну, старшие поколения уходят,
новые интегрируются совершенно
бесшовно, как мне кажется. Ясно, что и
районы Берлина отличаются, и всё равно
там какие-то раньше депрессивные
восточно берлинские становятся по-своему
модными и как-то это всё преображается.
Нет, ясно, что это бесследно не
проходит, но всё-таки они немцы,
понимаете? Ну это смешно. В том же
восемьдесят первом в ГДР на на втором
пиве у всех заходили разговоры только
про одно: у кого какая родня есть в
Западной Германии и кто кому чего
прислал. Ну, в смысле, из шматья, и
какие у кого есть эти чеки. Ну, в
тамошний валютный магазин.
>> Забыл, как же они назывались-то.
какие-то что-то там люкс какой-то был в
названии или типа того.
>> Немецкий внешпосыл торг.
>> Ну да, дада, да, да. У них тоже как
берёзки, чтобы не было хождения наличные
валюты. Да, опасались это. А всё равно,
конечно, ходила
западногерманская марка где-то там на
чёрном рынке. А о конюнктуре, так
сказать. В связи с недавним интервью
Альфред Коха многие вспоминают события
минувших лет. Он там и вас вспоминает,
надо признать, а, и вспоминает как
последний бастион. До увольнения
Парфёнова всё было норм. НТВ просто,
значит, ушла команда Гусинского, но кто
хотел остался и работал без ограничений.
Как сейчас вы сами смотрите на те
события?
>> Боже, вы знаете, прежде всего, я на них
не смотрю. Это Пивоваров вот снимал,
когда в связи он там кому-то поручил,
поскольку, чтобы не было конфликта
интересов. Ну, в общем, в редакции было
в связи с какой-то там годовщиной,
наверное, это двадцать первый, что ли,
год, я всё время понимал, что для меня
это всё ушедшее совершенно. А, а я что
должен сказать, что до моего увольнения
всё было зашибись, с моим увольнением
всё стало плохо. Но как это вы какого
ответа от меня ждёте? Ну я, по крайней
мере, я считаю, что э-э тогдашняя
программа на Медне 3 года выходившая,
где Пивоваров вышеупомянутый Лошак и
другие были первыми перьями, ну, была
позанятнее всё-таки, чем итоги Евгения
Киселёва. Ну, так мне кажется. Вот
во всём остальном, ну, понятно, что
сколь верёвочка не весь, собьёшься ты в
петлю. Вот. И после, там, не знаю,
третьего или четвёртого большого такого
цензурного скандала эту нашу лавочку
прикрыли. Но всё-таки мы 3 года
продолжали работать
и чего-то там дерзить. Вот есть ээ
почему-то он фигурирует в Ютубе
репортаж Пивоварова со второй
инаугурацией Путина. Это за неделю или
за 2 недели? То есть за выпуск
предпоследний или предпоследний, скорее
предпоследний или предпре, наверное, за
2 недели всё-таки, да,
пред-предпоследний выпуск намедни. Ну
вот посмотрите все эти там в параллель с
сибирским сырюльником было склеено
тогда. Это был вполне свежий фильм.
Как там государь император, въехав в
Кремль на коне, президент Российской
Федерации на Чёрном мерене, да, там
что-то такое.
>> Ну я должен признаться, это не не
вопрос, а так соображение. Должен
признаться, что вот ту самую программу
Антропология
в прямом эфире я смотрел одними глазами.
А спустя там сколько получается, 20 с
лишним лет, когда
пересматривал в записи, мы разбирали её
здесь вообще другими абсолютно, учитывая
вообще все события, которые произошли.
>> Не, я бы не я бы не хотел её
пересматривать. Я не знаю. Нет, для меня
это всё уехавшее, потому что мы с тех
пор работали и
и я вот не живу в это. Я знаю, что
многие участники тех событий для них это
осталось почему-то вот таким э-э рувцом
на всю жизнь. Но мне даже вот это
увольнение моё э четвёртого года
и закрытие на медне ээ оно уже для меня
давно уехавшее, о чём я никогда не
вспоминаю, если вдруг вот там не
спросят, не скажут.
Ну, мне кажется, для вас оно было, ну,
ожидаемым. Вы его видели как финиш,
может быть, не знали когда. Но вот это
сколь верёвочка невеси, оно очевидное.
>> Ну, ну да, ну да. Я всё, мы там даже без
конца это шутили, что как там что-то
проталинка вокруг серой шейки всё больше
затягивалось льдом. Вот. Вот мы тут на
этой лужаечке всё более узкой всё-таки
пытались чего-то. Ну, я потом нашёл эту
возможность и работать, и фильмы были, и
вот эти тома на медне уже тринадцатые
сейчас делаю, и потом YouTube, когда
открылся, это вообще другая совершенно
история стала. И серии на медне там
теперь больше, чем в эфире. Надо просто
использовать разные возможности. Это
естественно. Да, я как-то куда-то даже в
какую-то рекламу вставил. Мне сказали,
что-то я в какой-то рекламе снимался.
Господи, что же это было? Ну, не суть, в
общем. А я вспомнил, там ещё этот
основатель Википедии тоже был. Часы
у нас были с ним одинаковые. Да. И мне
говорили: "Ну, любую какую-то фразу про
ваше ремесло можете вставить". Вот я
вставил на удивление они так и
опубликовали. Она стала рекламной, что
когда я
перешёл в журналистику, когда я начинал
работать, мне все говорили: "Пойми, в
нашей стране для журналистики сейчас не
лучшее время, но если ничего не делать,
то оно никогда и не изменится".
Вот я всё время, я всё время в этом
состоянии, да. Я с семьдесят седьмого
года я профессионально работаю в
ремесле. Ну, в смысле, что больше ничем
не занят, в принципе. И всегда не лучшее
время. И всегда нужно просто, ну,
спокойно использовать возможности,
которые есть, какие-то, да, есть. Ну,
добиваться этих возможностей, создавать
их самому и так далее. Не ждать, что у
тебя будет ключик от кабинета, какая-то
будет редакция, где ты там в 9:00 утра
будешь приходить, расписываться и в
18:00 уходить. Никто эту контору не
никому не создаст. Понятно, что не
лучшее время. Ну и что? Вы упомянули,
значит, Надежду Кадышеву. Ей посвящено
довольно много в новом выпуске. Она,
причём, перекочевала, значит, из 2
четого года.
>> Нет, там она была в Намемне, когда это
было приколом. В конце двадцать
четвёртого года это успело стать
приколом. Сама вот эта большая слава и
официальное хедлайнерство, например, на
Алых парусах. Вот можно представить,
алые паруса, праздник выпускников в
Петербурге. Там же опросы строятся, кого
бы хотели. Они покупают любого на это.
Вот там всё там когда-то там, я не знаю,
мог быть или когда-то мог быть Шнур или
там кто там чего. Ну там его, конечно,
просили там не всё из репертуара. Да.
Вот Кадышева нужна семнадцатилетним.
И они ревут
там это случилось в двадцать пятом, да.
Вот эти девочки, которые поют: "Вот она
любовь покаянная".
Каким-то чистушечным этим голосом,
который кажется, что умер вместе с
Ольгой Воронец, нет, жив.
>> Ну вот и вы описываете это как
стремление к какой-то нормализации и,
может быть, даже в противовес э там
пропагандистскому шаману. А я-то
вспоминаю старые песни о главном, да,
которые, может быть, тоже тогда как-то
так воспринимались, а потом вот сейчас
их многие трактуют как, не знаю, своего
рода краеугольный камень возрождения
имперских настроений.
>> Их и тогда так трактовали, никогда не
забуду. Было написано, что это песенное
обеспечение победы коммунистического
большинства на выборах в Госдуму. Это
была газета Известия. Ни больше, ни
меньше. Я не поленился и связался с
редакцией. Я говорю: "Скажите,
пожалуйста, а вы вообще как-то обратили
внимание, что выборы были до старых
песен о главном? Мы ничего не могли
обеспечить". Понимаете? Это они, может
быть, обеспечивали что-то старым песням
во главном. Вот. Но Зюганов в Госдуме
случился до нашего эфира.
Вот. Так что выводить можно всё, что
угодно. Да, это очень известная теория.
Она существует от момента
сбы девяносто пятого года, вот уже 30 с
лишним лет.
>> Ну разве мода на советскую ностальгию,
не знаю, или советская ностальгия,
ностальгия по Советскому Союзу, как
угодно можно это сформулировать, а не
сыграла своей роли в а путинизме, как мы
его
>> А причём А вот при чём тут ностальгия по
Советского Союзу? То есть, если есть
утрированный больше человеческого роста
подсолнух, который обнимает Кристина
Арбакайта и поёт Ах, кваров, мне вполне
хватает, но нет любви хорошей у меня.
Это ностальгия по Советскому Союзу, да?
То есть везде, где зазвучали мелодии
Дунаевского и Блантера, русский народ
построит гулак и колхозы. Ну, ну
спасибо. Ну, хорошо. Более партийного
взгляда на на всё на всё происходящее я
ещё никогда не видел. Это люди, очень
изучившие работу Ленина партийной
организации и партийной литературы. Ну,
ничего больше сказать не могу. Их
образование закончилось политонформацией
в школе, которая была вот тогдашними
разговорами о важном.
>> Вы сами упомянули про то, что теперь
работаете в Ютубе. Вообще YouTube,
кажется, заменил многим россиянам
телевизор. Вместо сетки программ
получаются рекомендации платформы.
Вместо ведущих ютуберы, говорящие головы
вместо фильмов и репортажей. А как вам
вообще весь этот процесс?
>> Вы знаете, я не очень ютубер, на самом
деле. То есть вот тот парфенон, с
которого я начинал разговоры в цветастой
рубашке с бокалом вина, мне никогда не
казался журналистикой.
и в список своих опусов, скажем так, да,
я это не включаю, знаете, как это у
композиторов опусы есть по нумерацию.
Нет, мне это журналистика не кажется.
Так же, как и вот разговор сейчас с
вами, ну, какой-то что-то журналистский
продукт, да, вот для меня в этом смысле
нет, у вас понятно, у вас суммарно, у
вас же не вот этот вот сейчас разговор
является продуктом, у вас канал, у вас
вот это постоянство вещания, присутствие
в медийнном пространстве. Дададада. Вот
оно и есть этот проект, да. Ну для меня
всё-таки мне интересно только то, что
делается с, ну, с таким эфирным
качеством, да, по-старому
говоря. То есть вот эти серии ээ
намедниние фильмы, которые там
выкладывались и так далее, в вот
блогерам, ютуберам таким
сюжет: "Привет, рубль 20 в кассе". А мне
никогда не хотелось работать, даже когда
это, ну, на телевидении там, в каких-то
там новостях. Поедь, там, сними выставку
цветов. Вот, боже, думаю, нет, мне вот
что-то чвыркнулось птичка, у меня вот
такое настроение. А вот увидел
прикольную картинку, дай-ка её запущу. У
меня нет, я всё-таки деформирован
профессионально, но у меня какой-то
отбор
инфоповода, высказывания по поводу
инфоповода, то, как этот инфоповод
разыграть, какая должна быть подача, что
ты, что ты с этим сделаешь, как ты это
назовёшь, какими словами охарактеризуешь
и так далее. Да, и когда бывают какие-то
там мини-порсеноны,
так называемые, ну, что-то такое
длительно комментирую, для меня это, я
всё равно это решаю по, ну, по каким-то
рецептам журналистским, а не по тому,
как вот разместить прикольный фантик. Я
согласен. Размещении прикольного фантика
тоже диалог с аудиторией. Он просто
другой, другого формата,
может быть, даже гораздо более
впечатляющий аудиторию и точнее даже
выражающий
авторскую позицию старым языком говоря.
Но но мне это не близко. Я вот в этом
раздрызге информационном, вот в этом вот
стремлении уловить всё время пульс, вот
а вот что-то а вот а вот а вот вот а вот
и и тут же это вот в клёвике и
быстренько опубликовал. Я совсем, ну
просто мой профессиональный темперамент
другой.
>> А да вы делаете,
>> ну не умею бегать эти тридцатиметровки.
делаете очень, ну, такой классический,
здорово сделанный, не знаю,
телевизионный очень продукт, который,
кстати, пользуется огромным спросом. Мне
кажется, прямо у ютуберов иногда голод
по хорошей картинке, по отличному
монтажу, там, по всему, потому что есть
масса
масса продукта, сделанного на коленке, и
вот такое и появляется по понятным
причинам не так часто, не каждый день
далеко. Это не не телевидение. Я вас
хотел спросить, а вот всё-таки, а у вас,
э, как мне кажется, всё равно есть
отличие от работы на телевидении. Ну,
например, просто маленький пример. Можно
вставить матерный видос?
>> Ну, это почему? Я бы его вставлял бы и в
и в телевидении. Только бы было можно,
да. Более того, когда-то это было можно,
надо было забипливать.
Я помню, ну, поскольку это в эфире было,
так могу рассказать, в интервью Зимфиры
я поехал аж к министру Лесину с
бетакамом, с кассетой, тогда ещё
бетакамские были времена. У него пост
битакам был прямо в кабинете. Вот. Но
поскольку я его знал по прежней
молодёжной редакции и вот
уговорил, чтобы он вызвал начальника
какой-то там юру департамента, и они бы
мне сказали, что нужно, сколько нужно
затереть звуков для того, чтобы они, ну,
уголовку не пришили, если в этом
выдавать в эфир. Это было интервью
Земфире в связи.
Вот где это было, шестёра не выдержит,
дёрнет первого. Вот. Ну, стало быть, это
2001 год или как там 2002, да? Она
говорит: "Слушай,
да, а мы едем в машине специально, да, и
тут ромашки торчат специально вот в
связи с этой шестёрой. Ну так это, ну,
слушай, в каждой работе должна быть доля
в каждой работе должна быть доля
В каждой работе должна быть доля
вольности. Вот вольности должна быть
доля. И вот это похуи и распизя. Так, но
она там досказывала,
да, они мне сказали в в корне, ну, матом
является только корень.
С приставкой суффикс матом не является.
Значит, в корне нужно выбить два звука.
О'кей, сказал я. Спасибо большое.
Наконец-то мне понятно, зачем существует
Министерство информации. А это какой-то
был
из ряда вон выходящий случай или
приходилось такое часто? Нет,
>> нет, нет. Ну, здесь мне особенно не
хотелось терять этот мат.
>> Я не я не только про мат, я вообще в
>> Нет, ну вы спросили про мат. В остальном
я не вижу. А чего такого-то?
YouTube прекрасен тем, что это доставка
на дом в удобное время. Не нужно
смотреть в воскресенье в 2100 или там на
повторе в понедельник в 10:30 утра там
или какой там ещё. Вот и всё. А так
какие задачи? Люди просто получают
контент. Иму удобнее смотреть в любое
время. Плюс с перерывами. Ну отлично,
зашибись. Но требование-то к тому же
создать интересный контент, уважить
зрителя, да. аудиовизуальное
обслуживание населения на дому. Я так
называю этот сервис.
А, и если позволите, пару вопросов от
моих патронов, тех, кто поддерживает наш
канал, они вчера я им сказал, что будет
интервью, я пару вопросов от них взял.
Они такого практического, на самом деле,
толка. Они спрашивают о том, что вот был
намедне 1941
и будет ли продолжение военного цикла и
когда? Очень хотелось бы, но мы в этом
году сумели собрать только на на Медне
2025,
а 1942 даже был было была расписана
вёрстка. Я для того, чтобы убедиться,
что вот эти военные годы режутся на
феномены, не вот сплошным процессом
таким, да, я расписал и сорок первый, и
сорок второй для того, чтобы получить
подтверждение, что да, но дальше так
идёт, что в принципе да, этот формат
работает, потому что у меня было
предубеждение, мне казалось, что не не
получится. Да, ну нет получается. Ну
просто всё-таки остановка Ютуба и запрет
рекламы, они всю прежнюю экономику
сломали этого дела. И в общем с этим
трудно пришлось.
>> Ну то есть если хорошо посмотрят на Mini
2025 и, например, надонатят, то можно
ожидать.
>> Да донатят не очень. Это не вообще никак
не зависит от того. И совестно уже
просить, потому что всё равно ничего не
меняется. Что часто просишь, что редко
просишь, всё примерно одно и то же, то
есть крохи. И на самом деле, ну, собрать
на серию,
ну, что-нибудь со всеми пирогами,
поскольку это павильон в Тбилисии и
покупка хроники там, прочее, прочее, я
никогда не скрывал 85-90.000 где-то
получается. Вот так вот такие вот там 4
часа. Ну, в этом смысле там 2 12 сорок
первого года или сколько он, 215,
разницы большой нет. Да, там это всё
равно
>> одни сутки съёмок, то есть сутки
павильон осваивать и сутки снимать. Вот
это введение это 13 часов в кадре. Ээ в
в ну в смысле, вот я простоял в этом
чёрном двуборном костюме.
Вот поэтому
серия длиннее или серия короче значения
особого не имеет. Ну я не знаю, если
будет что-то получаться, опять-таки надо
смотреть по возможностям. Были
возможности снять ээ
25, хорошо, будут возможности снями и
сорок второй, и двадцать шестой. А может
быть мы снимем эти сороковые и раньше,
но сейчас не было возможности.
Спрашивают ещё
такое
про историческое влияние, так сказать. В
семьдесят шестом, сет седьмом годах
вышел цикл передач Наша биография,
авторства Галины Шерговой с участием
многих известных людей, в том числе
Эдуарда Сагалаева и Анатолия Лысенко.
Каждая серия цикла - это один год из
жизни ССР. Повлиял ли он каким-либо
образом этот фильм на ваше решение
делать цикл на Медне и ваше мнение об
этом цикле, как уже классика российского
ТВ?
Ну, не российского всё-таки, а
советского. Это существенно. Надо
понимать, надо понимать, что это делась.
Надо понимать, что это делалось всё-таки
сем седьмого. Более того, в самых первых
там
в отбивке в этой самой, ну, в шапке
музыки
я не знаю, вот шапка, я понимаю, что это
слнг профессиональный, а я не знаю, как
её назвать. Ну, то есть то, что идёт
заставка, которая идёт в начале, да,
нашёл. А там даже есть отзвуки вот этой.
Мне не думать об этом нельзя. Это наша с
тобой биография. А нет общего только то,
что
по годам разбито. Но также ведь и не
знаю, там старые песни о главном. Это
было как мы сделаем Новый год теперь
по-другому. Да, не не по не по не как на
советском телевидении. задача, которая
стоит перед каждым национальным
вещателем, что люди смотрят что-то в
Новый год. Но его её нужно решить теперь
по-новому, не по-советски, а
по-российски. Ну, в нынешних новых
возможностях или там живой Пушкин, да,
как мы справляем теперь юбилей
классиков? А, а вот мы так справляем. Мы
мы встаём у истока Нила и начинаем такой
авантюрный рассказ про исключительную
жизнь, да. Ну вот и в этом смысле на
медне тоже было. Это этого была летопись
полувека. Это к шестьдесят седьмому году
делалось.
Вот потом это, значит, наша биография,
но она была вся политическая. И в
этом-то было главное отличие.
Вся советская история официальная, как
всё время у нас в стране официальная
история, она всё время политическая, она
состоит из съездов, пятилеток, войн,
решений партии правительства и
бла-бла-бла-бла-бла. И там действующие
лица всё время правителей. Это и в
царской
России история такой была. И и историю
царской России в Советском Союзе так
рассказывали по царствованиям,
как
в гимназиях до революции, да, это было
принципиальным
соединение вот того, что попадает в
официальную историю или что не попадает.
Но на самом деле историческое влияние
чего? На человека, на развитие общества,
на на жизнь, на на время огромное. Вот
именно в сочетании того, что
туфлишпильки, Гагарин полетел,
берлинскую стену построили, плащ
Болонья, Нуреев сбежал,
поёт Робертина Ларейти,
что там ещё такое вот вот из этого всего
Новочеркасский расстрел.
Ну, значит, до этого талоны на повышение
цен на на масло и на мясо там, ну, и так
далее, и так далее. Вот, вот из этого
всего купкуза царица полей. Всё это
должно быть ээ вместе. Олег Попов живёт
без дров. Ээ обмен денег на на старые,
на старых на новые шестьдесят первого
года, обещание построить коммунизм,
вынос Сталина из мавзаолея. Ну и
поссорились с Китаем. И всё это, всё это
должно быть вот так вот вместе. Но
раньше туфлишпильки и мини-юбки и плащ
Болони никогда в историю не попадали, но
на самом деле их влияние огромное.
Фильм Рок и его братья вышел в Советском
Союзе в прокат. И вдруг все увидели,
есть такой человек, его зовут Ален
Делом, и он ходит в этом плаще, вот так
вот подняв воротник. Всё,
всё просто вот у ног лежит самая большая
страна мира и мечтает о том, как завести
из Италии этот самый плащ. Тут ещё стали
стрекать это в Польше, а потом освоила
отечественная химическая промышленность,
э, значит, нарядную одежду из нефти и
угля. Ну вот. Так что в этом сходство
только календарное, всё остальное
различие.
Финализируя, а возвращаясь к намедни
2025 и, может быть, заглядывая в 2026,
многие говорят вот последние несколько
лет, может быть, начиная с 2022 года по
понятным причинам, но после прихода
Трампа это ощущение, я думаю, у многих
усилилось, что вообще мир летит в
пропасть, прежние законы не работают,
всё э непредсказуемо, и то э те кризисы,
которые казались а-а такими раз на много
десятилетий вроде карибского, сейчас
происходит чуть не каждую неделю. Есть
ли такое ощущение или нет?
>> Нет, я думаю, что нет. Я думаю, что в
моменте, выражаясь нынешним языком, это
воспринимается действительно так. А,
уверяю вас, карибский кризис настолько
доминировал. Вот если взять
медиа того времени шестьдесят второго
года,
это была вообще тема, которая не
оставляла вообще ничего абсолютно.
Ээ тогдашние кризисы были в чём-то
глубже, в том числе потому, что повестка
дня была существенно уже. То есть в мире
было три-четыре события, появляется
пятая и нахрен убивает вот предыдущие
четыре. Не так много убивает. А сейчас,
когда событий 40-50, одно всё равно не
может всё перебить. Ну вот все кричат:
"Кллапс там авиационный".
Ну это коллапс нынешнего времени.
Дубайский аэропорт не работает. 20 лет
назад человечество не знало названия
такого,
а 10 лет назад оно не знало, что все
пересадки мира более-менее делаются в
Дубае. Вот великий Шёлковый путь,
оказывается, проходит туда. И вдруг
выяснилось, что Суэдский канал и даже
Армузский пролив, это фигня на постном
масле в с в сравнению с хабом Дубая. Но
это нынешние времена. Кто бы раньше
сказал при летающей Европе и летающей
Северной Америке, что просто мир встал,
все вовсюда опоздали.
Нет, мне мне не кажется это. Каждый раз
современник, конечно, воспринимает
остро. И ни в какие террорары, конечно,
мирникается. Он он в переходит всё время
в какие-то новые нормальности.
И
старая нормальность, которую тоже клели
как страшную, ужасную, отвратительную
искатывание в Тартарары. Вот за неё, к
ней уже привыкли, за неё цепляются,
говорят: "Ну это хоть норм было, это
хоть что-то,
чего что-то". То есть, то есть после 4
лет своей войны нам теперь кажется с
страшным кошмаром иранская.
Нет, ничего, всё всё всё всё в порядке с
логикой. Нет, просто мы к той привыкли
как к ковиду, да, это вот это
действительно фон того, с чего вы
начали. Мм, но это вопрос тому, что вот
к этим тартарам мы привыкли как к норму.
Поэтому новые тартарары нам кажутся
тартарами. Ну это не ужас, ужас, ужас,
как говорил один видный политический
деятель современности.
>> Спасибо большое, Леонид. Спасибо.
>> Не за что. Ради бога. Да. Счастливо.
Всего доброго.